Каторжного и прочего опыта Достоевскому хватило для глубокого понимания жизни, людей, мира, России.
Когда издатель «Гражданина» князь В. Мещерский высказал надежду, что под редакцией Достоевского журнал приобретёт популярность,
ФМД был настроен скептически.
"Нет, – сказал, – не предавайтесь иллюзиям, моё имя вам ничего не принесёт:
ненависть к «Гражданину» сильнее моей популярности; да и какая у меня популярность?
У меня её нет, меня раскусили, нашли, что я иду против течения".
Достоевский очень МНОГОЕ в России адекватно понимал без иллюзий.
Каторжного и прочего опыта Достоевскому хватало для глубокого понимания жизни, людей, мира, России.
Я прочёл все 30 томов ФМД, включая подготовительные материалы и черновики.
Понял он очень МНОГОЕ. Далеко НЕ обо всём мог написать-сказать.
А писал много идеалистичного, потому что, как в моём любимом анекдоте:
- Моня, вы счастливы.
- А что делать.
Об идеализме Достоевского Шестов написал отлично, я это ещё в дипломной работе оценил.