Очевидный бред и идиотизм вытесняют всякий здравый смысл.
Россиянин, живущий давно во Франции, пишет:
Европа обладает колоссальным промышленным, предпринимательским и интеллектуальным потенциалом.
Её главная проблема - политическое руководство и руководители.
Как явные, так и скрытые.
Это сборище даунов, в самом деле не обладающих ни эрудицией, ни способностью к мышлению.
Как только эту серную пробку уберут из уха, слух сразу же вернётся.
Так что потрясти немножко Европу - полезно.

Но ведь то же самое можно написать и про Россию.
И никого это не волнует сильно.
В такой степени, чтобы думать об этом много, постоянно, глубоко...
Человечество в лице самых сильных умов перестаёт вообще что-то понимать в происходящем.
Очевидный бред и идиотизм начинает вытеснять всякий здравый смысл.
Тексты, где просто, без выкрутасов говорилось бы о самых обычных явлениях, стали редкими.
Перепроизводство информации достигло чудовищных размеров.
Возможности оперировать с нею превзошли самые фантастичные предположения.
Стремление сказать хоть что-то оригинальное, новое толкает гигантскую армию паразитов,
живущих за счёт болтовни, на всяческие словесные извращения, вполне сопоставимые с сексуальными.
Европа обладает колоссальным промышленным, предпринимательским и интеллектуальным потенциалом.
Её главная проблема - политическое руководство и руководители.
Как явные, так и скрытые.
Это сборище даунов, в самом деле не обладающих ни эрудицией, ни способностью к мышлению.
Как только эту серную пробку уберут из уха, слух сразу же вернётся.
Так что потрясти немножко Европу - полезно.

Но ведь то же самое можно написать и про Россию.
И никого это не волнует сильно.
В такой степени, чтобы думать об этом много, постоянно, глубоко...
Человечество в лице самых сильных умов перестаёт вообще что-то понимать в происходящем.
Очевидный бред и идиотизм начинает вытеснять всякий здравый смысл.
Тексты, где просто, без выкрутасов говорилось бы о самых обычных явлениях, стали редкими.
Перепроизводство информации достигло чудовищных размеров.
Возможности оперировать с нею превзошли самые фантастичные предположения.
Стремление сказать хоть что-то оригинальное, новое толкает гигантскую армию паразитов,
живущих за счёт болтовни, на всяческие словесные извращения, вполне сопоставимые с сексуальными.