Патафизика бытия.

Впрямь трудно угадать, чем слово отзовётся.
В 88-м написал заметку случайно (по просьбе газеты) о XIX партконференции.
С заметки начался общественно-политический клуб в городе.
И, в общем-то, её последствием стала наполовину моя частная газета, начатая в 91-м.
И с которой резко рванула моя журналистская карьера.

Её спонсором и соиздателем стала женщина, с которой мы познакомились на одном из заседаний клуба.
А в 2005-м эта женщина стала главой города.
И чтобы ей помогать в борьба политической, я тогда вернулся в родной город, отказавшись от работы в ЛГ.
Вот ведь как бывает в жизни.

А в ЛГ я попал, потому что случайно прочёл в "Моск. комсомольце" интервью с Юри ем Поляковым, которого тогда только что назначили главным редактором ЛГ.
А я в этот момент был безработным, потому что, будучи главным редактором городского официоза и одновременно депутатом горсовета, позволил себе вести политику, расходящуюся с требованиями главы администрации города.

И вот так всю жизнь.
Напишешь или скажешь нечто - и последтсвия бывали непредсказуемы.
Жизнь не только метафизична, а и патафизична.

Патафизика — по определению Альфреда Жарри, который ввёл этот термин в пьесе «Гиньоль» (1893), «наука о предмете, дополняющем метафизику», то есть понятие более широкое, чем физика и метафизика, и «соединяющее науку и поэзию». В области патафизики, по представлениям Жарри, нет общих законов — всё индивидуально и исключительно.

И в жизни много патафизически связанных событий.